НАПП и ЦБ Узбекистана обозначили подходы к стейблкоинам
Ташкент, Узбекистан (UzDaily.uz) — Национальное агентство перспективных проектов Узбекистана (НАПП) готовит регулирование токенизации облигаций и акций и реализует пилотные проекты по использованию стейблкоинов в качестве средства платежа, а Центральный банк Узбекистана обозначил свои приоритеты в работе с частными эмитентами цифровых финансовых инструментов. Об этом сообщили участники сессии «The Frontier, Continued: Tokenization & Stablecoins» на форуме Silk Road Finance and Technology Forum, прошедшей в Ташкенте 25 августа.
Модератором сессии выступил старший партнёр компании PwC Strategy& Питер Гассманн. Открывая дискуссию, он пояснил разницу между тремя близкими, но не тождественными понятиями.
Стейблкоин, по его словам, выпускается частной компанией, которая держит резервы и обещает вернуть держателю токена деньги по предъявлению. Токенизированный актив — это запись о праве на актив, будь то облигация, фонд или иная собственность, при этом сам токен является лишь контейнером, а важна именно природа актива, стоящего за ним. Цифровая валюта центрального банка, в отличие от первых двух понятий, представляет собой суверенные деньги с той же окончательностью расчётов, что и деньги, выпускаемые центральным банком сегодня, но с иными способами расчётов и технологией.
Первый заместитель директора НАПП Вячеслав Пак сообщил, что агентство совместно с Центральным банком Узбекистана является одним из двух основных регуляторов финансовых услуг в стране и отвечает за регулирование оборота криптоактивов. В рамках текущих приоритетов НАПП также намерено создать новую платёжную систему на основе блокчейна. Он отметил, что для эффективного регулирования в первую очередь необходимо понимать саму технологию блокчейна, поскольку одна и та же технология может использоваться для выпуска стейблкоинов, для токенизации активов или для обеспечения целостности данных — и от выбранного способа применения зависит то, какое регулирование к ней потребуется. Он также отметил, что ни одна страна в мире пока не создала полностью отработанную систему регулирования токенизации ценных бумаг, назвав среди нерешённых вопросов обеспечение прав держателей токенизированных акций, включая право голоса и участие в корпоративном управлении.
Директор департамента денежно-кредитной политики Центрального банка Узбекистана Самиджон Иногамов сообщил, что объём денежных переводов в страну за первое полугодие 2026 года достиг 9,3 миллиарда долларов, более половины этой суммы поступило напрямую на банковские карты.
По его словам, страна придерживается режима инфляционного таргетирования с целевым показателем в 5 процентов, и с точки зрения денежно-кредитной политики ключевой вопрос заключается не в том, какая платёжная технология получит распространение, а в том, меняет ли она поведение людей в части сбережений, заимствований и выбора валюты.
Он отметил, что рынок стейблкоинов в стране только начинает формироваться, тогда как спрос на быстрые трансграничные платежи уже в значительной степени удовлетворяется существующей инфраструктурой внутри регуляторного периметра.
Говоря о требованиях к частным эмитентам стейблкоинов, Иногамов выделил два приоритета: данные об агрегированных потоках на уровне кошельков — сколько средств переместилось, в какой валюте и какая доля удерживается, а не тратится, — а также отчётность по резервам для токенов, обращающихся как внутри страны, так и за её пределами.
Генеральный директор Института цифровой валюты Народного банка Китая Му Чанчунь представил данные внутренней мониторинговой платформы регулятора, которая отслеживает 16 публичных блокчейнов и 36 стейблкоинов. Из проанализированных около 60 триллионов долларов ончейн-переводов за прошлый год 8,5 триллиона пришлось на внутреннее перераспределение средств между структурами одних и тех же организаций, 11,1 триллиона — на дробление операций в рамках протоколов, а 16,3 триллиона — на арбитражные сделки. Таким образом, объём реальной экономической активности составил около 25 триллионов долларов, однако операции с подлинным платёжным назначением заняли менее одного процента от общего объёма.
По словам Му Чанчуня, выбор между цифровой валютой центрального банка и стейблкоинами обычно зависит от особенностей конкретной юрисдикции: страны с контролем за движением капитала чаще выбирают цифровую фиатную валюту, тогда как юрисдикции с более глубоким рынком капитала — например, США — чаще выбирают путь стейблкоинов.
Он подчеркнул, что отрасли нужна единая рамка регулирования на принципах «один и тот же бизнес — один и тот же риск — одни и те же правила», подкреплённая трансграничной координацией регуляторов, и напомнил, что в Китае виртуальные валюты не являются законным платёжным средством, а операции по их обмену и страхованию запрещены.
Операционный директор Wallet in Telegram Павел Христолюбов отметил, что криптоиндустрия прошла путь от отдельных энтузиастов, работавших вне традиционной финансовой системы, до институционального признания, и что основная часть текущей регуляторной дискуссии сосредоточена на уровне оптового и институционального внедрения.
По его словам, следующим этапом должно стать более широкое внедрение на розничном уровне, которое пока остаётся на раннем этапе развития, а регуляторам необходимо тестировать подходы через регуляторные песочницы и накопление данных, а не сразу вводить жёсткие правила. В числе пожеланий на будущее он назвал превращение стейблкоинов в полноценный элемент платёжной инфраструктуры на уровне «последней мили» — том сегменте, который напрямую влияет на доступность и прозрачность инструмента для конечного пользователя.
Директор по коммерции компании Liminal Custody Раджеш Сабари, чья организация обрабатывает более 100 миллиардов долларов в трансграничных операциях со стейблкоинами и токенизированными активами ежегодно, отметил, что основной нерешённой проблемой остаётся валютная ликвидность на «последней миле» в развивающихся странах — то есть окончательный обмен цифрового актива на местную валюту.
Управляющий директор по международным вопросам Circle Саида Джаффар заявила, что компания видит свою задачу в объединении традиционных и цифровых финансов для решения практических проблем, а не в продвижении технологии ради самой технологии.
