Ташкент, Узбекистан (UzDaily.uz) — Международное рейтинговое агентство S&P Global Ratings повысило долгосрочные суверенные кредитные рейтинги Узбекистана в иностранной и национальной валюте с BB до BB+. Прогноз по рейтингам остаётся стабильным. Об этом сообщает S&P Global Ratings.
Решение было принято 20 ноября 2026 года. Одновременно агентство подтвердило краткосрочные суверенные рейтинги страны на уровне B в иностранной и национальной валюте.
Кроме того, S&P повысило оценку трансфертных рисков и конвертируемости валюты Узбекистана с BB+ до BBB-. Агентство объяснило пересмотр рейтинга улучшением бюджетных и внешних экономических показателей страны.
В числе факторов, повлиявших на решение, S&P выделило продолжение структурных реформ, укрепление международных резервов и относительно умеренный уровень чистого государственного долга. По оценке агентства, реформы в энергетике и государственном секторе должны способствовать повышению устойчивости государственных финансов.
Стабильный прогноз отражает баланс между устойчивыми темпами экономического роста и благоприятной структурой государственного долга, с одной стороны, и сохраняющейся зависимостью экономики от сырьевых цен и внешних факторов — с другой.
Бюджетная политика и государственный долг
S&P отмечает, что правительство продолжает реформы, начатые в 2017 году. В последние годы меры направлены, в частности, на снижение рисков, связанных с финансовыми обязательствами государственных предприятий, и повышение прозрачности бюджетной политики.
Среди принятых мер агентство выделяет законодательные изменения, регулирующие внешние заимствования государственных предприятий, возможное установление предельных значений ненефтяного первичного дефицита бюджета и ограничение ежегодных обязательств по проектам государственно-частного партнёрства.
Также предусмотрено совершенствование корпоративного управления государственными предприятиями. Вместе с реформами энергетических субсидий эти меры, по ожиданиям S&P, должны сократить потребность таких компаний в государственных гарантиях и дополнительных вливаниях капитала.
Агентство прогнозирует, что в 2026–2029 годах дефицит государственного бюджета Узбекистана будет составлять в среднем около 3% ВВП. Для сравнения, в 2021–2024 годах этот показатель в среднем равнялся 3,5% ВВП.
Дополнительное влияние на оценку долговой устойчивости оказал пересмотр национальных счетов. После обновления статистических данных номинальный ВВП Узбекистана за 2025 год увеличился на 15% — до 2 127 трлн сумов, или $169 млрд. Это на 277 трлн сумов, или $22 млрд, больше предыдущей оценки.
Обновлённые данные, объявленные 13 ноября 2026 года, охватывают исторические показатели начиная с 2017 года. Пересмотр связан с улучшением отчётности предприятий и результатами ежегодных обследований бизнеса. Также были скорректированы оценки торговли, сферы услуг, сельскохозяйственного производства, поголовья скота и жилой площади.
С учётом обновлённого ВВП S&P ожидает, что средний показатель чистого государственного долга к ВВП в 2026–2029 годах составит 24%. В предыдущей оценке агентства прогнозировался уровень около 30%.
При этом агентство предупреждает, что государственные инвестиционные программы продолжат создавать давление на долговую нагрузку и стоимость заимствований. По прогнозу S&P, чистый государственный долг увеличится примерно до 26% ВВП к 2029 году. В 2017 году правительство, напротив, имело чистую позицию государственных активов.
Внешние резервы и роль золота
Укрепление внешней позиции страны стало ещё одним важным фактором повышения рейтинга. По оценке S&P, международные резервы Узбекистана к концу октября 2026 года достигли примерно $64 млрд, или 32% ВВП. С 2023 года они увеличились более чем вдвое.
Значительную роль в накоплении резервов сыграли высокие мировые цены на золото. На этот металл приходится около 30–40% товарного экспорта Узбекистана и 85–90% международных резервов страны.
Вместе с тем высокая концентрация экспорта и резервов в золоте сохраняет уязвимость экономики к изменению мировых цен. S&P также указывает на риски, связанные с геополитической напряжённостью и нарушениями международной торговли.
Часть этих рисков компенсируют ненефтяной экспорт, денежные переводы трудовых мигрантов и поступления от экспорта услуг, прежде всего в сфере логистики и туризма.
Несмотря на улучшение внешних показателей, агентство ожидает, что дефицит текущего счёта Узбекистана в 2026–2029 годах будет в среднем составлять 3,4% ВВП ежегодно. Его финансирование, по прогнозу, будет обеспечиваться преимущественно льготными внешними заимствованиями и в меньшей степени прямыми иностранными инвестициями.
Экономический рост и инвестиции
S&P отмечает, что экономика Узбекистана сохраняет высокие темпы роста, несмотря на последовательные внешние потрясения. С начала экономической либерализации в 2017 году среднегодовой рост ВВП составлял около 6%.
За первые девять месяцев 2026 года экономика выросла на 8,3% против 8% за аналогичный период прошлого года. Основной вклад внесли информационные и коммуникационные услуги, строительство, туризм и торговля.
Агентство прогнозирует рост ВВП на 8% по итогам 2026 года. В 2027–2029 годах средний темп роста, по оценке S&P, составит 6,7%.
Поддержку экономике продолжат оказывать внутренний потребительский спрос и крупные государственные инвестиции в энергетику, горнодобывающую промышленность и инфраструктуру. Дополнительным фактором остаются социальные расходы.
По прогнозу агентства, ВВП на душу населения в 2026 году достигнет примерно $5 200. Для сравнения, в 2019 году этот показатель составлял $2 365. При этом S&P подчёркивает, что доход на душу населения остаётся сравнительно низким по международным меркам.
Инвестиции в экономику также остаются высокими. Их отношение к ВВП составляет около 36%, что относится к числу наиболее высоких показателей в мире.
Отдельно агентство отмечает быстрое развитие проектов государственно-частного партнёрства. Общая стоимость подписанных соглашений по ГЧП в 2025 году оценивалась примерно в 21% ВВП.
На период 2024–2030 годов правительство сформировало дополнительный портфель проектов ГЧП примерно на $30 млрд. Около 93% этих проектов приходится на энергетику, включая возобновляемые источники энергии.
Власти намерены увеличить долю возобновляемых источников в энергетическом балансе страны до 54% к 2030 году против примерно 20% в настоящее время. При этом S&P указывает, что возможные проблемы с реализацией проектов ГЧП могут создавать дополнительные обязательства для государственного бюджета.
Зависимость от переводов и внешние риски
В числе структурных ограничений экономики агентство называет относительно узкую экспортную базу, зависимость от сырьевых цен, низкий ВВП на душу населения и ограниченную гибкость денежно-кредитной политики.
Дополнительным фактором уязвимости остаются тесные экономические связи с Россией, прежде всего в сфере торговли и денежных переводов. По данным S&P, в 2025 году объём денежных переводов в Узбекистан вырос на 28% и достиг $18,9 млрд, или 11,2% ВВП. Около 78% этих поступлений пришлось на Россию.
Торговый оборот Узбекистана с Россией в 2025 году увеличился примерно на 8%, до $13 млрд, что соответствовало 7,7% ВВП.
Агентство также обращает внимание на риски вторичных санкций со стороны США, Великобритании и Европейского союза в отношении узбекских компаний, сотрудничающих с российскими партнёрами. В апреле 2026 года ЕС ввёл ограничения против двух узбекских предприятий, которые, согласно сообщениям, занимались производством целлюлозы и химических компонентов для российского военно-промышленного сектора.
В то же время S&P не ожидает существенного прямого влияния последних санкционных мер на экономику или государственные финансы Узбекистана.
Влияние конфликта на Ближнем Востоке агентство оценивает как ограниченное, хотя отмечает возможный рост энергетических и транспортных расходов. Нарушения перевозок через Иран уже привели к перенаправлению части торговых потоков на Транскаспийский международный транспортный маршрут, что увеличило логистические затраты местных производителей.
Банковский сектор и денежно-кредитная политика
S&P ожидает, что банковский сектор Узбекистана сохранит устойчивость. Дополнительный спрос на банковские услуги будет поддерживаться экономическим ростом, увеличением располагаемых доходов населения и сравнительно низким уровнем финансовой доступности.
По оценке агентства, задолженность домохозяйств составляет менее 10% ВВП, что оставляет возможности для дальнейшего расширения розничного кредитования.
При этом государственные банки продолжают доминировать в отрасли. На 1 октября 2026 года на них приходился 61% совокупных активов банковской системы.
Правительство планирует приватизировать четыре-пять государственных банков к 2030 году, включая SQB и Asakabank. Однако S&P считает, что процесс может занять больше времени, поскольку дальнейший прогресс зависит от повышения эффективности и прибыльности банков, а также согласования стоимости их активов.
Агентство также отмечает постепенное улучшение денежно-кредитной политики, хотя сохраняются ограничения, связанные с недостаточной глубиной внутреннего рынка капитала и высокой долларизацией кредитования. На 1 июля 2026 года около 39% кредитов и 19% депозитов были номинированы в долларах США.
По прогнозу S&P, инфляция в 2026 году составит в среднем 6,7%. Для сравнения, в 2020–2025 годах средний показатель достигал 11%.
Условия возможного пересмотра рейтинга
Стабильный прогноз означает, что S&P ожидает сохранения текущего соотношения рисков и факторов поддержки рейтинга в ближайшей перспективе.
Агентство может понизить рейтинги, если дефициты внешнего сектора и государственных финансов окажутся выше прогнозируемых. Среди возможных причин названы ухудшение условий внешней торговли, продолжительный рост государственных расходов без соответствующего увеличения доходов, удорожание заимствований и реализация непредвиденных обязательств государственных предприятий.
Повышение рейтинга возможно в случае дальнейшего укрепления бюджетной позиции, в частности сокращения общего дефицита бюджета и объёмов кредитования государственных предприятий за счёт государственных ресурсов.