Ташкент, Узбекистан (UzDaily.uz) —Государственный визит султана Омана Хайсама бен Тарика в Казахстан 6 октября 2026 года на первый взгляд может показаться еще одним эпизодом расширения связей Астаны со странами Персидского залива.
Однако содержание переговоров показывает более интересную картину. Казахстан и Оман пытаются выстроить отношения вокруг трех взаимодополняющих элементов — капитала, ресурсов и логистики.
Визит стал первым приездом султана Омана в Казахстан и одновременно его первым визитом в Центральную Азию в качестве главы государства. По итогам переговоров стороны оформили широкий пакет документов: пять соглашений, десять меморандумов о взаимопонимании и ряд отдельных договоренностей в инвестиционной, энергетической и других сферах.
Но количество подписанных документов в данном случае менее важно, чем изменение самого характера отношений.
Почему Казахстан и Оман сближаются именно сейчас?
Казахстан в последние годы последовательно расширяет экономические связи со странами Персидского залива. Причина достаточно прагматична. Стране необходимы новые источники долгосрочного капитала, технологии и альтернативные направления выхода на внешние рынки.
Оман, в свою очередь, проводит собственную политику экономической диверсификации и ищет проекты за пределами традиционных рынков Ближнего Востока. Центральная Азия представляет для Маската относительно новое направление, причем Казахстан благодаря масштабам экономики, запасам сырья и положению между Китаем и Европой становится естественной точкой входа в регион.
Подготовка к нынешнему визиту велась не несколько недель. В декабре 2025 года состоялось первое заседание казахстанско-оманской Межправительственной комиссии. Тогда стороны уже обозначили инвестиции, финансы, энергетику, транспорт, сельское хозяйство, технологии, туризм и фармацевтику в качестве перспективных направлений. В течение 2026 года контакты продолжились на уровне дипломатических и инвестиционных структур.
Поэтому октябрьский визит следует рассматривать скорее, как переход от политического зондирования возможностей к созданию институтов, через которые сотрудничество должно реализовываться на практике.
Инвестиции становятся основой отношений
Одним из центральных результатов стало соглашение о взаимном поощрении и защите инвестиций. Одновременно Oman Investment Authority и казахстанская сторона договорились о создании совместного инвестиционного фонда.
Это принципиальный момент.
Вместо финансирования отдельных, не связанных между собой проектов стороны пытаются сформировать постоянный инвестиционный механизм. Оманская сторона уже называет среди потенциальных направлений природные ресурсы, производство, продовольствие, здравоохранение, возобновляемую энергетику, логистику, туризм, горнодобывающую промышленность и искусственный интеллект.
Для Казахстана такой формат интересен прежде всего возможностью привлечения более длинного капитала из государств Персидского залива.
При этом результаты визита пока следует оценивать осторожно. Создание фонда и соглашение о защите инвестиций формируют инфраструктуру для будущих вложений, но сами по себе еще не означают появления крупного инвестиционного потока. Главным показателем успеха станет то, насколько быстро за политическими договоренностями последуют конкретные проекты и объемы финансирования.
Нефть остается важной частью сотрудничества
Энергетика стала вторым заметным блоком переговоров.
КазМунайГаз и OQ Exploration & Production договорились о сотрудничестве в области разведки и добычи нефти и газа. Одновременно особое значение приобрела ситуация вокруг месторождения Дунга.
Накануне визита Казахстан объявил об урегулировании многолетних разногласий вокруг проекта. Новая схема позволяет перейти к реализации плана разработки месторождения на 2026–2039 годы, предусматривающего добычу 67,4 млн баррелей нефти и новый инвестиционный цикл.
Поэтому Дунга имеет значение, выходящее за рамки одного нефтяного актива.
Для иностранных инвесторов это своеобразный тест способности Казахстана урегулировать сложные споры вокруг крупных сырьевых проектов без их длительной заморозки. Для Омана продолжение проекта одновременно создает основу для расширения присутствия его энергетических компаний в Казахстане.
Стороны при этом уже смотрят дальше традиционной нефтегазовой отрасли. Отдельное соглашение между O-Green и Самрук-Энерго касается стратегического сотрудничества в возобновляемой энергетике, а еще одна договоренность предусматривает создание казахстанско-оманского центра искусственного интеллекта для геологоразведки.
Таким образом, энергетическое сотрудничество постепенно расширяется от добычи углеводородов к технологиям, геологоразведке и зеленой энергетике.
Главная стратегическая тема — не нефть, а логистика
Наиболее интересной частью переговоров в долгосрочной перспективе выглядит транспорт.
География Казахстана одновременно является его преимуществом и ограничением. Страна расположена между крупнейшими экономическими центрами Евразии, однако не имеет прямого выхода к мировому океану.
Оман находится в противоположной ситуации.
Его порты обеспечивают прямой доступ к Индийскому океану и далее к рынкам Южной Азии, Персидского залива и Восточной Африки.
Именно эту взаимодополняемость отдельно подчеркнул султан Хайсам бен Тарик. В ходе переговоров была обозначена перспектива развития торгового коридора через оманские порты и соединения его с международными транспортными маршрутами, проходящими через Казахстан.
Для Астаны это потенциально еще один элемент политики диверсификации экспортных маршрутов.
Речь не идет о замене существующих направлений через Россию, Китай, Каспий или Транскаспийский международный транспортный маршрут. Скорее Казахстан постепенно формирует сеть альтернативных выходов, позволяющую выбирать между несколькими маршрутами в зависимости от товара и конечного рынка.
Оман в такой системе может стать южными морскими воротами.
Если транспортная связка через Иран и далее к портовой инфраструктуре Омана окажется экономически конкурентоспособной, Казахстан получит дополнительный маршрут к Индийскому океану. Это особенно интересно для торговли с Индией, государствами Персидского залива и Восточной Африкой.
Однако именно здесь существует наибольший разрыв между политическим потенциалом и экономической реальностью. Коридор будет иметь значение только при наличии конкурентоспособных тарифов, согласованных таможенных процедур, достаточного грузопотока и устойчивой железнодорожной и портовой инфраструктуры.
От государства к бизнесу
Еще один важный результат — создание Казахстанско-Оманского делового совета.
До сих пор отношения между двумя странами преимущественно развивались сверху вниз: через президентов, правительства, государственные фонды и национальные компании.
Для устойчивого роста торговли этого недостаточно.
Еще летом 2026 года оманская сторона выражала интерес к казахстанской сельскохозяйственной продукции и промышленным товарам. Создание постоянного делового совета может помочь перевести этот интерес на уровень прямых контактов между компаниями.
Это особенно важно для несырьевого экспорта Казахстана. Оман сам по себе не является огромным рынком, однако его значение может заключаться в другом — в использовании страны как точки доступа к более широкому пространству Персидского залива и Индийского океана.
Что это означает для Казахстана?
Для Казахстана результаты визита укладываются сразу в несколько стратегических задач.
Во-первых, происходит дальнейшая диверсификация источников иностранного капитала. Астана расширяет круг инвесторов за пределами традиционных партнеров — России, Китая, Европейского союза и США — и активнее привлекает суверенный капитал стран Залива.
Во-вторых, Казахстан получает еще одного потенциального партнера в энергетике и горнодобывающей промышленности.
В-третьих, расширяется география транспортной политики. Казахстан все меньше рассматривает свое положение исключительно в координатах «Китай — Европа» и постепенно развивает также направление
«Центральная Азия — Персидский залив — Индийский океан».
Наконец, сотрудничество с Оманом хорошо соответствует казахстанской модели многовекторной экономической политики: не заменять одного крупного партнера другим, а увеличивать число внешних экономических связей.
Почему это важно для Центральной Азии?
Региональное значение визита может оказаться даже интереснее двустороннего.
Центральная Азия долгое время была экономически ориентирована преимущественно по направлениям север — юг и восток — запад через ограниченное количество транспортных маршрутов. Сегодня эта архитектура становится значительно сложнее.
Развитие Транскаспийского маршрута усиливает западное направление. Расширение связей с Китаем укрепляет восточное. Одновременно Казахстан, Узбекистан и другие государства региона все активнее ищут южный выход — к Ирану, Афганистану, Пакистану и государствам Персидского залива.
Оман способен стать частью этой новой транспортной географии.
Если договоренности о сопряжении международных коридоров будут реализованы, речь потенциально может идти уже не только о казахстанском экспорте. Казахстан способен выполнять функцию транзитного узла для части грузов из других государств Центральной Азии, направляющихся к портам Индийского океана.
Именно поэтому первый визит султана Омана в Центральную Азию имеет определенное символическое значение. Маскат фактически начинает выстраивать собственную экономическую линию в регионе, где государства Персидского залива становятся все более заметными инвесторами.
Что дальше?
Итоги переговоров Казахстана и Омана нельзя пока называть экономическим прорывом. Большая часть новой архитектуры сотрудничества только создается.
Но визит важен по другой причине.
За один переговорный цикл стороны связали инвестиции, нефтегазовую отрасль, возобновляемую энергетику, геологоразведку, искусственный интеллект, авиацию, бизнес и транспортную инфраструктуру в относительно целостную модель сотрудничества. По официальным данным Омана, в общей сложности в рамках визита было оформлено около 20 документов.
Теперь главным вопросом становится их реализация.
Если совместный инвестиционный фонд начнет финансировать реальные проекты, сотрудничество OQ и КазМунайГаза перейдет к новым активам, а идея транспортного коридора через порты Омана получит экономическое обоснование, отношения Астаны и Маската могут выйти далеко за пределы обычного двустороннего партнерства.
Для Казахстана это будет еще один источник капитала и еще один маршрут к мировым рынкам.
Для Омана — возможность закрепиться в крупнейшей экономике Центральной Азии и получить доступ к формирующимся евразийским транспортным цепочкам.
А для Центральной Азии в целом это еще один признак более фундаментального процесса: регион постепенно перестает быть пространством между несколькими крупными державами и превращается в самостоятельный узел, где пересекаются интересы Европы, Китая, Южной Азии и государств Персидского залива.
